Сапченко Л. А. «Мир совести и доверенности к Провидению» в альбомах Н. М. Карамзина // Проблемы исторической поэтики. 2008. Т. 8, URL: http://poetica.pro/journal/article.php?id=2595. DOI: 10.15393/j9.art.2008.2595


Проблемы исторической поэтики


УДК 001

«Мир совести и доверенности к Провидению» в альбомах Н. М. Карамзина

Сапченко
   Л А
Ульяновск
Ключевые слова:
Н. М. Карамзин
масонство
рукописный альбом XIX века
религиозная философия
Аннотация:

Это исследование религиозно-философских воззрений Н. М. Карамзина, сложившихся в 1810-е и 1820-е годы. Автор анализирует альбомы, составленные Карамзиным, в 1811 и 1821 годах.



Текст статьи

Одна из наиболее актуальных проблем современного литературоведения — религиозно-философские воззрения русских писателей. Между тем среди многочисленных работ о Карамзине исследования в данном аспекте буквально единичны. Наименее изученными остаются последние два десятилетия его жизни. Некоторые положения содержатся в работах И. 3. Сермана «"Дела церковные" в исторической концепции Н. М. Карамзина» и Н. Д. Кочетковой2. И. 3. Серман отмечает, что в советское время Карамзина нередко относили к той части общества, где большое значение сохраняла острая критика христианской религии и церкви Вольтером, Гольбахом и другими просветителями. В то же время положение Карамзина как придворного историографа Российской империи, где православие было официальной религией, а церковь одним из столпов феодально-крепостнического строя, оказывало свое воздействие. Однако при этом не учитывается, как подчеркивает И. 3. Серман, главный источник философско-религиозных

________

© Сапченко Л. А., 2008

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке РГНФ. Проект 070421402 а/В.

2 Вестник Ульяновского технического университета. 2002. № 2. С. 39—47; RussicaRomana. 2002. Vol. IX. P. 73—78; Кочеткова H. Д Карамзин и древнее благочестие // ТОДРЛ. СПб., 2003. Т. 54. С. 238—244.

 

73

взглядов Карамзина, его принадлежность к масонству и отсюда — его сдержанность по отношению к официальной церкви. Мировоззрение Карамзина второй половины 1780-х — начала 1800-х годов исследовано довольно полно в работах крупных ученых (Б. М. Эйхенбаума, Ю. М. Лотмана и др.), но 1810-е и в особенности 1820-е годы остаются практически неизведанной областью.

В 1858 году Н. Лыжиным был опубликован альбом Н. М. Карамзина, составленный им в 1811 году для великой княгини Екатерины Павловны и содержащий высказывания европейских мыслителей о Боге, государстве, о любви к отечеству, о супружестве, о добродетели, о дружбе и т. д. Публикатор подчеркивает, что без этого альбома «невозможна полная характеристика нашего знаменитого историографа как мыслителя»3, между тем этот памятник еще никогда не был предметом специального изучения.

Данный альбом «представляет собою совершенно особое жанровое образование, трудно сопоставимое с альбомами XIX века. Это не столько альбом, сколько записная книжка с выписками и собственными стихами...»4.

В 1821 году Карамзин составил также Альбом для императрицы Елизаветы Алексеевны, который еще никогда не был опубликован, никогда не попадал в поле зрения исследователей, между тем он представляет не меньший интерес для понимания эволюции мировоззрения Карамзина в последние годы его жизни5.

Показательно, что в альбомах Карамзина полностью отсутствуют выписки из вышеупомянутых философов — Вольтера, Гольбаха и пр. Наибольшее место принадлежит Руссо, за ним следуют Монтень, а также те писатели и мыслители, которые упоминаются значительно реже или даже никогда не принимаются во внимание при характеристике религиозных и философских взглядов Карамзина: в первую очередь Боссюэ, во многом определивший политические убеждения Карамзина, затем Паскаль, Монтескье, Бюффон, Лафонтен, Ларошфуко, Помпиньян. Внесенные

________

3 Лыжин Н. Альбом Н. М. Карамзина // Летописи русской литературы и древности. М., 1858. Кн. II. С. 161. Все дальнейшие ссылки на это издание даются в тексте с указанием страницы в скобках.

4 Вацуро В. Э. Литературные альбомы в собрании Пушкинского Дома (1750—1840-е годы) // Ежегодник рукописного отдела Пушкинского Дома. На 1977. Л., 1979. С. 6.

5 Карамзин Н. М. Альбом с различными выписками (Стихи, пословицы и др.) (ГАРФ, ф. 728, оп. 1. Т. 1. Индекс 567).

 

74

в альбом их высказывания, порой весьма пространные, позволяют воссоздать философскую антропологию Карамзина, проследить динамику его воззрений по сравнению с более изученными периодами. «От более позднего времени сохранилось очень мало прямых высказываний по интересующей нас проблеме», — пишет И. З. Серман6. Тем ценнее высказывания опосредованные, целые страницы, выписанные из европейских авторов, с которыми составитель альбома солидарен (доказательство этой солидарности — двукратное воспроизведение одних и тех же текстов — в альбоме 1811 и в альбоме 1821 года). Выдержки из европейских мыслителей распределены Карамзиным по разделам: «Христианская политика», «Добродетель», «Монархическое правление», «О препятствиях к добродетели на троне», «Евангелие. Иисус Христос», «Дружба», «Любовь», «О жизни и смерти» и др.

Ведущим понятием в альбомах является Провидение. Альбом 1811 года открывается выпиской из Боссюэ. Жак Бенинь Боссюэ (1627—1704), французский писатель, епископ, представлен своими мыслями о том, что «возникновение и падение государств зависит от воли Провидения: оно руководит действиями мудрых государей, оно же дарует победу завоевателям и готовит им гибель в то время, когда они взойдут на верх славы и могущества; так что сами правители должны признать над собою власть, которая сильнее их» (С. 161).

Dieu tient du plus haut des Cieux les rênes de tous les Royaumes: il a tous les coeurs en sa main... (C. 164)7.

В «Письмах русского путешественника» Карамзин, говоря о французской революции, косвенно цитирует Боссюэ:

Предадим, друзья мои, предадим себя во власть Провидению: Оно конечно имеет Свой план; в Его руке сердца государей — и довольно8.

Под названием «Стихотворец-философ» Карамзин помещает ряд строф из «Опыта о человеке» Александра Поупа, убежденного в том, что противоречия бытия и нравственная двойственность человека могут быть преодолены

_______

Серман И. З. «Дела церковные» в исторической концепции Н. М. Карамзина». С. 39—47.

«Бог с высоты небес держит бразды правления всех царств: все сердца в его руке...» (фр.).

8 Карамзин Н. М. Письма русского путешественника. Л., 1984. С. 227 («Литературные памятники»).

 

75

в свете разумности того плана, по которому начертан и создан земной мир. Цитируемые строки из второй эпистолы говорят о том, что «цели Провидения и общее благо находят соответствие в наших страстях и несовершенствах», что «они целесообразны в своем распределении между всеми человеческими сословиями», «полезны обществу, а также индивидуумам, в любом состоянии, в любом возрасте»9. В третьей эпистоле Карамзина привлекают размышления о себялюбии, в четвертой — о счастье, добродетели и здравом смысле.

Затем следует нравоучение Иисуса, сына Сирахова («Разум премудраго яко поток умножится, и совет его яко источник живота. Вергаяй камень на птицы, отженет я: иже поносит друга, разорит дружбу. Жены добрыя блажен есть муж, и число дней его сугубо» и т. д., С. 172), чем подготавливается включение в альбом «Мыслей о Боге» Цицерона и Руссо.

Peut on regarder le Ciel et contempler tout ce, qui s'y passé, sans voir avec tout l'evidance possible, qu'il est gouverné, par une divine intelligence? (С. 172)10.

Карамзин делает пространную выписку:

Я не знаю, для чего Вселенная существует; но я беспрестанно вижу, как она видоизменяется; я непрестанно замечаю внутреннее соотношение, в силу которого существа, ее составляющие, оказывают друг другу взаимную помощь.

...Сопоставим частные цели, способы, всякого рода установленные отношения, затем прислушаемся к внутреннему чувству; какой здравый ум может отвергать его свидетельство?

Это Существо, проявляющее волю и мощь, активное само по себе, — Существо, каково бы, наконец, ни было, которое двигает Вселенную и дает всему порядок, я называю Богом11.

В Альбом Карамзин выписывает из Руссо его сетования на безуспешность представить Бога вне его творений:

Я вижу Творца повсюду в Его творениях; я чувствую Его в себе, вижу его повсюду вокруг себя; но как скоро я хочу созерцать Его в нем самом, как только начинаю искать, где

________

9 Поуп А. Поэмы. Опыт о человеке / Пер. А. Микушевича. М., 1988. С. 154.

10 «Можно ли смотреть на небо и созерцать все то, что там происходит, не видя с предельной ясностью, что оно управляется высшим, божественным разумом?» (фр.).

11 Перевод дается по изданию: Руссо Ж.-Ж. Педагогические сочинения: В 2 т. Т. 1. М., 1981. С. 327, 328, 329.

 

76

Он, кто Он, какая Его сущность, Он скрывается от меня, и мой смущенный ум ничего уже не видит. <...>

Но она есть — и этого для меня достаточно; чем менее я ее постигаю, тем более преклоняюсь перед ней. Я смиряюсь, я говорю ему: «Существо из Существ! Я существую, потому что существуешь Ты; непрестанно помышлять о Тебе для меня значит возвышаться до моего начала. Самое достойное употребление для моего разума — это уничтожаться перед Тобою, чувствовать себя подавленным Твоим величием — вот восхищение для моего ума, вот чем очаровательна моя слабость» (С. 174)12.

Вера Карамзина не раз была испытана невзгодами и горестями и общей, и его частной жизни, и вера же помогала прийти к уяснению смысла человеческого бытия как творения добра и возвышения душою к его источнику.

Тяжело переживая смерть дочери Натальи в 1815 году, Карамзин приходит к следующему:

Жить есть не писать историю, не писать трагедии или комедии; а как можно лучше мыслить, чувствовать и действовать, любить добро, возвышаться душою к его источнику; все другое... есть шелуха, — не исключаю и моих осьми или девяти томов... Чем далее мы живем, тем боле объясняется для нас цель жизни и совершенство ея. Страсти должны не счастливить, а разрабатывать душу. Сухой, холодный, но умный Юм в минуту невольного живого чувства написал: «Doucepaixdel'âmeresingéeauxordresdelaProvidence!»13 Даже Спиноза говорит о необходимости какой-то неясной любви к Вышнему для нашего благоденствия. Мало разницы между мелочными и так называемыми важными занятиями: одно внутреннее побуждение и чувство важно. Делайте что и как можете: только любите добро: а что есть добро, спрашивайте у совести. Быть статским секретарем, министром или автором, ученым — все одно14.

Составитель Альбома переходит к раздумьям о человеке до его грехопадения. Отдел, в котором говорилось о любви к отчеству и о вере, заканчивается «Мильтоновым описанием Адама и Еввы» в раю.

Мильтон, следуя библейской легенде, рассказывает о том, что люди вкусили плод с древа познания добра и зла, были изгнаны из рая, обречены на муки и испытания.

_______

12 Перевод дается по изданию: Руссо Ж.-Ж. Педагогические сочинения: В 2 т. Т. 1. С. 341.

13 «Сладостный мир души, вверившей себя установленному Провидением порядку» (фр.).

14 Русская старина. 1899. № 2. Февраль. С. 470.

 

77

Первородный грех должен быть искуплен строгой жизнью, трудом и самоограничением. Люди несовершенны, возвышенное стремление к источнику добра не всегда свойственно им, и потому возникает необходимость власти.

Далее подобранные высказывания подчеркивают трудность осуществления власти, то есть правления: правители принуждены бороться с препятствиями, «почти непреодолимыми при помощи одного ума: доброта и щедрость увеличивают требования со стороны лиц, приближенных к государю, низкопоклонство, с одной стороны, заставляет его презирать людей, с другой — вредит ему самому; отсутствие искренности в советниках затрудняет выбор лиц подведомственных, который по необходимости зависит от более или менее случайных обстоятельств. Все это и монарху напоминает, что, если он хочет принести пользу народу, то должен с молитвою обращаться к Богу» (С. 162).

Закономерно, что после этого Карамзин помещает стихотворение Державина «Молитва Екатерины Великой». Обращаясь к Богу, определяя его как единую душу, как причину и движения огромных тел и народных знаменитых дел, императрица просит о главном:

Наставь меня, миров Содетель,

Да воле следуя твоей,

Тебя люблю и добродетель

И зижду счастие людей...

(С. 177)

Далее следуют размышления о лучшей форме правления, приводятся высказывания Руссо о монархии и самодержавии:

Le gouvernement monarchique est celui d'un magistrat unique, don't les autres tiennent leurs pouvoirs. Les plus actif d'un gouvernement est celui d'un seul (С. 178)15.

Сопоставляя преимущества и недостатки монархической и республиканской форм правления, Карамзин и Руссо вместе приходят к выводу, что «найти форму правления, которая поставила бы закон выше человека — это задача не менее неразрешенная, чем квадратура круга; и поэтому надо перейти к другой крайности и поставить вдруг человека выше всякого закона, т. е. установить неограниченнейшее самодержавие: "Я бы желал, чтобы самодержец

________

15 «Монархическое правление есть правление одного, которому другие обязаны своими возможностями. Наиболее действенное правление есть власть одного» (фр.).

 

78

был Бог"» (С. 162), другими словами, править миром и человечеством должно Абсолютное Благо, Абсолютное Добро. Заканчивается выписка из Руссо парадоксальным положением — тот, кто может все, никогда не сделает зла:

Всякая злость порождается слабостью; ребенок только потому и бывает злым, что он слаб; сделайте его сильным, и он будет добр: кто мог бы делать все, тот никогда не делал бы зла (С. 179)16.

Здесь уместно вспомнить карамзинский вопрос в «Мыслях об истинной свободе» — «Итак, сила выше всего?» Вопрос, подразумевающий палицу как орудие власти, опровергается ответом: «Да, всего, кроме бога, дающего силу!»17

Очевидно, что здесь утверждается божественное происхождение силы как эманации добра, абсолютного блага, и потому наделенный властью монарх, помазанник божий, существует для творения добра. Через него сила добра должна изливаться на людей. Карамзин полагает, что есть люди высшей нравственности. Главная задача правителя — призвать их, призвать для того, чтобы, наделив их властью, а значит, частью божественной силы, подчинить силе добра людей низких и порочных. Те же, кто любит добродетель, кто лишь в заблуждении нарушал ее уставы, найдут к ней путь сами и будут утешены ею.

Включением следующих высказываний Карамзин как бы выражает свой идеал человеческого и политического бытия:

Soyons de notre esprit les seuls legislateurs,

Vivons libres du moins le fond de nos coeurs:

C'est le trône de l'homme; il règne, quand il pense18.

Pompignan(C. 181)

В Альбоме Карамзин помещает также «Молитву доброжелательной супруги», что представляет собой фрагмент из XVIII письма 3-й части «Новой Элоизы» (Юлия к Сен-Пре, где она рассказывает о своих чувствах, связанных

________

16 Перевод дается по изданию: Руссо Ж.-Ж. Педагогические сочинения: В 2 т. Т. 1. С. 63.

17 Карамзин Н. М. Избранные статьи и письма. М., 1982. С. 161.

18 Будем единственными законодателями нашего разума,

Будем свободны хотя бы в глубине наших сердец:

Это трон человека; он правит, пока он думает

(Помпиньян — фр.).

 

79

с замужеством, и о своем обращении к Богу)19. Из этого же письма берет Карамзин рассуждение Юлии о добродетели20 и т. д.

В «Молитве доброжелательной супруги» есть знаменательная фраза, которая прозвучала уже в державинской «Молитве Екатерины Великой» и которая может быть рассмотрена как ключ ко всей концепции Альбома, как камертон, по которому настраивается все сущее — от каждой человеческой души до всего мироздания. Этим ключом и камертоном становятся добрая воля и вера в Провидение:

Я хочу подчиняться естественному порядку, Тобой установленному, и законам разума, Тобою внушенным (С. 186)21.

Все действия человека должны соответствовать неизменной воле, которая принадлежит Провидению.

Через добродетельные души вечное Провидение устанавливает прямое правление человеческим сообществом, дает силу добру.

Завершает Альбом стихотворение Гете «GrenzenderMenschheit» («Границы человечества»), стихотворение об ограниченных возможностях человека и безграничной силе и власти божества над ним.

Таким образом, для Карамзина к моменту составления Альбома 1811 года нравственное единение людей как основание силы добра и исполнение воли Провидения имели особую значимость.

Выдержки из европейских авторов в Альбоме 1821 года, как и в Альбоме 1811 года, распределены по аналогичным разделам. В конце помещена подборка русских пословиц.

Начинается Альбом цитатой из письма Руссо к маркизу де Бомону:

Итак, я признаю волю единственную и высшую, которая управляет всем, и могущество, единственное и высшее, которое исполняет все. Я приписываю это могущество и эту волю одному и тому же существу по причине их совершенного согласия22.

________

19 Руссо Ж.-Ж. Избр. соч. Т. 2. М., 1961. С. 299—300.

20 Там же. С. 288.

21 Там же. С. 300 (перевод Н. И. Немчиновой и А. А. Худадовой).

22 Карамзин Н. М. Альбом с различными выписками (Стихи, пословицы и др.) (ГАРФ, ф. 728, оп. 1. Т. 1. Индекс 567. Разворот 2, оригинал по-французски).

 

80

Развивая мысль о необходимости единства, согласия, совпадения доброй воли и силы, власти (в данном случае над собой), Карамзин сразу же вслед за этим отрывком помещает фразу из письма Юлии к Сен-Пре:

Всегда поступайте так, как того требует добродетель, и вы никогда не впадете в противоречие с самим собою23.

И далее:

Ужели мы хотим погрузиться в бездонные и безбрежные пучины метафизики и терять в спорах о божественной сущности краткие дни нашей жизни, кои даны нам для того, чтобы прославлять бога? Мы не знаем, какова сущность божия, но знаем, что бог есть, и этого с нас достаточно; сущность его проявляется в его делах, мы чувствуем ее внутри нас. Мы можем сколько угодно спорить о ней, но не можем искренне не признавать бога. Бог даровал нам ту степень чувствительности, благодаря коей, мы его постигаем, ощущаем его. Пожалеем же тех, кому это не дано... Ведь скольких многих радостей он лишен! Какое чувство может его утешить в горестях? Кто говорит в глубине его души? Какой награды может он ждать за свою добродетель? Как должен он смотреть в лицо смерти?24

В отличие от предыдущего Альбома, главное внимание уделено здесь религиозному чувству, а не долгу.

Затем помещаются размышления Руссо о Евангелии:

Весь мир пытается делать добро, но никому это не удается. Мы все стали учеными, но мы перестали быть христианами. Совсем не странно, что Евангелие распространилось во всем мире и что чарующая красота пронзила сердца. Божественная книга, единственно необходимая христианину, и наиболее ему полезная, нуждается в том, чтобы размышлять над ней и приять в душу любовь своего Создателя и волю исполнить Его заветы. Добродетель никогда не говорила столь мягким языком. Никогда самая глубокая мудрость не выражалась с такой энергией и простотой. Мы заканчиваем чтение, ощущая себя лучше, чем прежде.

Христианство в своем существе есть универсальная религия, которая не имеет ничего исключительного, ничего местного, ничего присущего только тому или другому. Его божественный создатель, обнимающий равно всех людей в безграничной милости, пришел уничтожить барьер, который разделял нации, и объединить весь человеческий род в братство народов: потому что во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде, приятен Ему (Деян. 10:35).

________

23 Руссо Ж.-Ж. Избр. соч. Т. 2. С. 612.

24 Там же. С. 620—621.

 

81

В этой святой истинной божественной религии люди, чада одного и того же Бога, становятся братьями, и их единство не расторгает и сама смерть.

Я не знаю, почему хотят приписать к чести философии прекрасную мораль наших книг. Эта мораль, извлеченная из христианского Евангелия, была христианской до того, как стать философской. Христиане часто проповедуют ее, не практикуя ее, я это признаю, но что делают философы сверх того, что восхваляют себя?25

...Признаюсь вам также, что святость Евангелия это такой аргумент, который говорит моему сердцу и против которого мне даже жаль было бы найти какое-нибудь дельное возражение. Посмотрите на книги философов со всею присущею им пышностью; как они ничтожны по сравнению с этой книгою! Возможно ли, чтобы книга, столь возвышенная и в то же время столь простая, была произведением человеческим? Возможно ли, чтобы тот, о ком она повествует, и сам был только человеком? Таков ли тон энтузиаста или честолюбивого основателя секты? Какая кротость, какая чистота в Его нравах! Какая трогательная прелесть в Его наставлениях! Какая возвышенность в Его правилах! Какая глубокая мудрость в Его беседах! Какое присутствие духа, какая тонкость и правильность в Его ответах! Какое у Него господство над страстями! Где человек, где мудрец, который умеет действовать, страдать и умирать без проявления слабости и без самохвальства?26

В Альбомы, составленные Карамзиным собственноручно для Екатерины Павловны (1811) и для Елизаветы Алексеевны (1821), были включены раздумья европейских писателей о Боге, о мировом порядке, о гармонии Вселенной, о человеке, его нравственных обязанностях и государственном служении. Во втором Альбоме более внимания направлено к нравственным аспектам религии, к идеям терпимости, человеколюбия, большее место занимают размышления о Евангелии, об Иисусе, об искреннем и свободном религиозном чувстве. При этом истинная свобода предстает как свобода внутренняя, которая завоевывается «миром совести и доверенности к Провидению»27.

Карамзину всегда была свойственна свобода проявлений своего политического и философского самосознания,

________

25 Карамзин Н. М. Альбом с различными выписками. Развороты 3 и 4 (оригинал по-французски).

26 Там же. Перевод дается по изданию: Руссо Ж.-Ж. Педагогические сочинения: В 2 т. Т. 1. С. 370.

27 Карамзин Н. М. Избранные статьи и письма. С. 161.

 

82

в определенном смысле можно сказать, что он пользовался свободой слова (о чем писал Гоголь в главе «Карамзин» из «Выбранных мест из переписки с друзьями»). В данном случае, желая «сказать все», Карамзин опирается на своих единомышленников — выдающихся религиозных философов, писателей, поэтов, которые в немалой степени определили его собственную позицию.

Альбомы 1811 и 1821 годов засвидетельствовали постоянное внимание Карамзина к вопросам веры, отразили духовно-нравственные поиски и морально-политические идеалы одного из великих людей России.




Просмотров: 467; Скачиваний: 5;