Мальчукова Т. Г. Пушкинская тема в литературной критике И. Ильина // Проблемы исторической поэтики. 2005. Т. 7, URL: http://poetica.pro/journal/article.php?id=2697. DOI: 10.15393/j9.art.2005.2697


Проблемы исторической поэтики


УДК 001

Пушкинская тема в литературной критике И. Ильина

Мальчукова
   Т Г
Петрозаводский государственный университет
Ключевые слова:
литературная критика
И. А. Ильин
пушкинская тема
Аннотация:

В литературной критике И. Ильина особое место занимает Пушкин. В жизни и творчестве этого поэта критик особенно подчеркивает его русскость, его неотделимость от России, насыщенность Россией. Мысли, ум Пушкина «критериальны», его традиция «спасительна», «что пребывает в ней, то ко благу России, что не вмещается в ней, то соблазн и опасность». Его поэзия «поющего сердца», рожденная в лоне православия, есть «гимн миро-приятия и Бого-благословения», «чистая и могучая осанка», впервые сказанная «от лица России к России».



Текст статьи

В богатой и разнообразной зарубежной пушкиниане работы И. А. Ильина будут одним из самых масштабных, точных, проникновенных и весомых высказываний о поэте. Их значение очевидно определяется не количеством написанного. О Пушкине в русском зарубежье писали едва ли не все, иные весьма развернуто: есть примеры подробных биографий и монографических исследований. И. А. Ильин на основе речей и лекций в связи с пушкинскими юбилейными днями опубликовал пять статей: “Родина и гений”2; “Пророческое призвание Пушкина”3; “Национальная миссия Пушкина”4; “Пушкин в жизни”5; “Моцарт и Сальери” Пушкина (Гений и злодейство)”6 — все вместе в современных изданиях объемом в небольшую книжку. Но, как

_______

* Мальчукова Т. Г., 2005

1 Исследование выполнено при поддержке РГНФ, № проекта 01-04-00083а.

2 Публичная речь И. А. Ильина, произнесенная в Берлине в День русской культуры 26 мая (8 июня) 1926 года, в день 127-й годовщины со дня рождения Пушкина. Опубликовано в журнале “Перезвоны” (Рига, 1926. № 22).

3 Речь И. А. Ильина, прочитанная в Риге 9 февраля 1937 года и изданная здесь вскоре отдельной брошюрой Русским академическим обществом.

4 Перваяпубликацияв журнале “День русского ребенка” (Вып. IV. Сан-Франциско, 1937).

5 Основой для статьи послужила речь И. А. Ильина, произнесенная в сокольской организации в Риге 21 февраля 1937 года. Статья опубликована в издании “День русского ребенка” (Вып. XVI. Сан-Франциско, 1949).

6 Лекция, прочитанная И. А. Ильиным 7 августа 1941 года на немецком языке в Цюрихе. Русский текст опубликован Н. П. Полторацким в изданном им сборнике литературно-критических сочинений философа Ильина (Ильин И. А. Русские писатели: Литература и художество. Вашингтон, 1973).

 

577

говорится, “эта маленькая книжка томов премногих тяжелей”.

Прежде чем перейти к характеристике концепции пушкинского творчества у И. Ильина, обратим внимание на необходимые, с его точки зрения, условия адекватной предмету критики. Продумывая проблему философски, И. Ильин изложил свои принципы в статье “О чтении и критике”, где истинное чтение и критика понимаются как дружественная встреча, единодушие и единомыслие, сочувствие, сопереживание, сотворчество — воспроизведение творческого акта самого художника.Здесь важен,во-первых, принцип объективности — требование подчинения читателя поэту, в отличие от субъективной критики, для которой объект истолкования — это повод для самовыражения. А во-вторых, — принцип адекватности; разумеется, полное соответствие неповторимой личности гениального поэта невозможно, но точки соприкосновения в важнейших вопросах мировоззрения и мироощущения, в характере культуры, особенностях духовно-душевного строя безусловно необходимы. Так, по-видимому, критик, ненавидящий Россию и Православие, не может воспринять патриотические и религиозные стихотворения поэта, а человек, чуждый европейской или русской народной культуре, не сумеет верно оценить творческие опыты Пушкина в этих противоположных традициях.

Можно заметить, что, при всех понятных различиях личности гениального поэта и ученого профессора, творчество Пушкина нашло в И. Ильине наиболее понимающего читателя и интерпретатора. И. Ильин хорошо знал взрастившую Пушкина европейскую и русскую литературную культуру и специально изучал русскую народную поэзию. Ученый, философ, историк, правовед, эстетик, он смог понять “умнейшего человека России”. Самый “трезвый и глубокий” политический и нравственно-религиозный мыслитель в России ХХ века, эпохи мировых войн и революционных катастроф7, он должен был по достоинству оценить эволюцию политических взглядов поэта, изживание им идей французского “просвещения” и революции и переход на охранительные позиции. Ильину с его

________

7 Так оценил религиозно-философские и политико-публицистические труды И. А. Ильина выдающийся историк философии нашего времени А. В. Гулыга. См.: Гулыга А. Р. Русская идея и ее творцы. М., 1995. С. 249

 

578

ностальгически острой любовью к России был дорог патриотизм Пушкина. А возвращение поэта от атеистических и масонских соблазнов в родной Дом Православной церкви понималось православным философом пророчески и прообразовательно как должный путь русской интеллигенции к основам христианской культуры.

Наконец, надо сказать и об адекватности душевно-духовного уклада поэта и критика. Пушкин по строю души был новозаветным человеком. Любовь определяла его отношение к природе и людям, к родному быту и истории. “Любовь к родному пепелищу, Любовь к отеческим гробам” — это, по слову поэта, “животворящая святыня”, основа “самостоянья человека, залог величия его”8. И она же — главное условие понимания литературы и искусства. “Где нет любви к искусству, там нет и критики”, — пишет Пушкин. И далее, ссылаясь на Винкельмана, но дополняя его мысль идеей любви:

Хотите ли быть знатоком в художествах? <...>Старайтесь полюбитьхудожника,ищите красот в его созданиях (XI, 139)9.

________

8 Пушкин А. С. Полное собрание сочинений: В 19 т. Т. III. М.: Воскресенье, 1994—1997. С. 242, 849. Далее цитаты из произведений Пушкина даются по этому изданию с указанием в тексте тома римской и страницы — арабскими цифрами.

9 Вопрос об источнике пушкинской цитаты является дискуссионным, ибо точного соответствия ей в сочинениях немецкого эстетика не найдено. В последнее время было высказано предположение, что мысль заимствована Пушкиным из сочинения Ж. Де Сталь “О Германии”, где в связи с Винкельманом о созерцании произведений искусства говорится следующее: “Рассматривание их должно возбуждаться любовью к ним: привязанность к лучшим произведениям дарований должна помогать раскрытию в них тысячей прелестей, как в чертах нашей любезной” (MmedeStaёl. Del’Allemague. Vol. 2. Paris, 1958. P. 38—39). См.: Лапноанилевский К. Ю. Об источнике одной “цитаты”. Пушкин и Винкельман // Пушкин и его современники. СПб., 2000. С. 247—252. С нашей точки зрения, в отличие от эротически-фривольной, человеческой трактовки любви у де Сталь, любовь, о которой говорит Пушкин, более духовна и понимается в платоновско-христианском духе как путь познания. Что касается источника цитаты из немецкой эстетики, то им могут быть лаконически сформулированные Пушкиным и обогащенные идеей любви советы Винкельмана художникам и путешественникам при созерцании греческих статуй в книге “История искусства древности”: “Не стремись отыскивать недостатки и изъяны в произведениях искусства, прежде чем научишься распознавать и находить прекрасное. <…> Следует возвращаться к творениям древних до тех пор, пока это открытие не совершится, ибо прекрасное здесь есть” (Винкельман И. И. История искусства древности. Малые сочинения. СПб., 2000. С. 138—139).

 

579

Христианскую любовь поэт считает необходимой и для верной оценки русской жизни:

Ибо нет убедительности в поношениях, и нет истины, где нет любви (XII, 36).

Эту концовку пушкинской статьи “Александр Радищев” с полным сочувствием цитирует И. Ильин10, ибо и сам он познает русский быт и бытие, русскую историю и идею, русскую культуру и ее “солнечный центр” — творчество Пушкина — “силою любви”.

Пушкинские статьи написаны adhoc — в связи с памятнымидатами, нонеприходится сомневаться в том, что Пушкин для автора — величина постоянная и огромная, идеал поэта и мыслителя, “наш солнечный гений” (62, 88), национальный наш “певец и мудрец”, художник, “единственный по глубине и ширине, и силе, по царственной свободе духа и по завершенной необходимости формы” (62, 32). Творчество Пушкина ощутимо питает мысль философа во всех разнообразных его работах, главным образом, эстетического, но также и религиозного и даже политико-публицистического плана. Его статьи “Духовный смысл сказки”, “Россия в русской поэзии”, его работы “Основы художества. Осовременномискусстве”,“Художник и художественность”, его размышления “О русской культуре” с подразделами “Главные национальные проблемы России” и “История становления государства”, его книги о сущности и особенностях христианского миросозерцания и творчества “Поющее сердце”, “Путь к очевидности” содержат цитаты и отсылки к пушкинскому творчеству. Пушкинские стихи, граненные “алмазом” (62, 92), дают меру для оценки художественности; мысли, ум Пушкина “критериальны” (62, 68), это и высшая проба истинности пути.

Традиция Пушкина” — ”спасительна”: “чтопребывает в ней, то ко благу России, что не вмещается в ней, то соблазн и опасность (62, 68).

________

10 Ильин И. А. Пророческое призвание Пушкина // Ильин И. А. Собрание сочинение: В 10 т. Т. VI. Кн. 2. М., 1993—1999. С. 55. Далее сочинения Ильина цитируются по этому изданию с указанием в тексте тома и страницы арабскими цифрами.

 

580

Служа предостережением против тех “жестокосердых” людей, “которые замышляют у нас невозможные перевороты” (VIII, 384), и пророческим предвидением “бунта, бессмысленного и беспощадного” (VIII, 383), пушкинское творчество внушало вместе с тем надежду и веру в Россию. Сколько раз во время революции в России — этой беспримерной в истории человечества национальной катастрофы11, “в опасностях и тюрьмах” и позднее, в изгнании, И. Ильин вспоминает пушкинские стихи из “Полтавы”:

Но в искушеньях долгой кары,

Перетерпев судеб удары,

Окрепла Русь. Так тяжкий млат,

Дробя стекло, кует булат.  (V, 23)

И еще из “Бородинской годовщины”:

Сильна ли Русь? Война и мор,

И бунт, и внешних бурь напор

Ее, беснуясь, потрясали, —

Смотрите ж: все стоит она!  (III, 275)

Вспоминал и ободрялся духом. И. Ильин пишет:

И каждый раз два луча утешали и укрепляли душу в ее утомлении и сомнении: религиозная чистота и мудрость русского православия и пророческая богоозаренность нашего дивного Пушкина… (62, 34)

Это признание истово православного философа, как мы понимаем, дорогого стоит.

В свете христианской любви не только творчество, но и жизнь Пушкина видится философу иначе, чем таким строгим судьям поэта, как Вл. Соловьев и В. В. Вересаев. В отличие от Вересаева и его нынешних последователей в жанре “непричесанных” биографий, изымающих из жизни поэта его вдохновение, его труд, его поэзию, И. Ильин центром жизни и личности Пушкина считает творческое горение, таинственную связь с Божественным источником Истины, Добра, Красоты, духовную сосредоточенность, понимая и необходимость свободного проявления жизненных инстинктов в иные дни отдыха и восстановления душевных сил поэта. Этим объясняются его детские шалости и дерзости, которые следовало прощать и беречь великого

_______

11 См. статью И. Ильина “Когда же возродится великая русская поэзия?” (Ильин И. А. Одинокий художник: Статьи. Речи. Лекции. М., 1993. С. 217—222).

 

581

гения и малое дитя. Не умалчивая о грехах поэта, игре в карты и любовных похождениях, критик предоставляет судить о них тем, кто сам без греха, и обращает внимание своих слушателей и читателей на обаяние личности поэта — его простоту в обращении, искренность, щедрость, благородство, мужество, отвагу, полное отсутствие зависти и всегдашнюю готовность восхититься прекрасным и поддержать в товарище-поэте огонь творчества.

И в жизни, и в творчестве поэта И. Ильин подчеркивает “его русскость, его неотделимость от России, его насыщенность Россией”.

Пушкин, — пишет он далее, — был живым средоточием русского духа, его истории, его путей, его проблем, его здоровых сил и его больных узлов (62, 42).

К этим болезням русского духа следует отнести прежде всего увлеченность дворянской интеллигенции пушкинского времени разрушительными идеями французской революции и “просвещения”, масонством и атеизмом, соблазнительной поэзией и прозой французского рококо. Насколько серьезную опасность представляли собой все эти сочинения иидеи,показываетрусскаяистория:онисыграли решающую роль во всем революционном движении от декабрьского мятежа до народовольческого террора и катастрофических революций ХХ века. Российская интеллигенция и по сей день не может излечиться от леворадикальных мечтаний, соблазнов масонства и атеизма, как и преодолеть свой разрыв с духовной традицией народной культуры: налицо пренебрежениекосмополитическинастроенныхинтеллектуалов народной и классической русской культурой и погружение в сферу эротизма и вседозволенности. Надо сказать, что Пушкин, зная лабильность человеческого сознания, внушаемость людей, предвидел вечно заражающее воздействие взрывоопасных мечтаний для “незрелых развивающихся умов”, для “легкомысленных поклонников Молвы” (XII, 31) и пророчески писал об уничтожающем воздействии печати:

Никакая власть, никакое правление не может устоять противу всеразрушительного воздействия типографического снаряда (XI, 264).

Эти точные прогнозы Пушкин дает и потому, что он сам испытал всевозможные соблазны духа “отрицания и сомнения”, и потому, что в течение своей короткой жизни, осмысляя

 

582

историю и современность, постепенно осознавал их гибельность.

В раннем творчестве Пушкина мы встречаем — наряду с разнообразными темами и жанрами современной поэзии — и вольнодумные, эротические и кощунственные стихотворения в духе Вольтера и Парни. В южной ссылке поэт увлекается идеями европейской революции. В 1821 году в Кишиневе он вступает в масонскую ложу “Овидий”, закрытую, однако, в 1822 году вместе с другими масонскими ложами в России. Уже в 1823 году он испытывает кризис и приступает к переоценке своих прежних мечтаний, или, как он пишет, “либерального бреда” (XIII, 79). Решающую роль в его политическом взрослении и религиозном умудрении сыграла духовная работа в период михайловской ссылки с изучением русской истории, летописей, житий святых, постижением русского национального характера при написании народно-исторической драмы “Борис Годунов” и погружением в стихию народного быта и народной поэзии, отразившимся в позднейших сказках и стихотворениях в народном духе.

В 1825 году Пушкин пишет стихотворение “Андре Шенье”, где устами французского поэта дает такое определение французской революции:

Мы свергнули царей.

Убийцу с палачами

Избрали мы в цари. (II, 353)

Сэтогогодаиз его поэзии исчезают революционные призывы и кощунственные насмешки над религией. В 1826 году в письме к царю Николаю он мог с чистым сердцем утверждать, что не принадлежал и не принадлежит “ни к какому тайному обществу” (XIII, 284). Этим же годом датируется его первое религиозное стихотворение “Пророк”, за которым последуют другие произведения, запечатленные христианским чувством вплоть до предсмертного “Каменоостровского цикла”.

Подытоживая свои наблюдения над жизнью и творчеством поэта, Ильин пишет:

Так совершал Пушкин свой духовно-жизненный путь: от разочарованного безверия — к вере и молитве; от революционного бунтарства к свободной лояльности и мудрой государственности; от мечтательного поклонения свободе — к органическому консерватизму; от юношеского многолюбия — к культу семейного очага. История его личного развития

 

583

раскрывается перед нами как постановка и разрешение основных проблем всероссийского духовного бытия и русской судьбы <...>Он учил, не уча и не желая учить, а становясь и воплощая (62, 50).

Преодолевая исторические болезни русского сознания, Пушкин в полной мере и совершенных образах обнаруживает и сильные стороны русского духа, ума и характера. Здесь Ильин спорит с авторитетной концепцией “всемирной отзывчивости” Пушкина. Не отрицая идей Гоголя и Достоевского,онпринимаетихнекакединственноеопределение, но как частичную характеристику творчества поэта. Ибо опыт духовного созерцания и вчувствования связывает Пушкина не только с гениями европейской литературы, душою их земли и народа, но и с дочеловеческим миром природы и со сверхчеловеческим миром “божественных обстояний” (62, 71). И главное, с родным для него бытом и бытием, русской историей и культурой, верой и молитвой, печалью и радостью, страстью и скептическим юмором. У поэта русский менталитет, образ мыслей и чувств. У него русский предметный ум, чуждающийся всяких надуманных отвлеченных систем и обостренное гением ясновидение. Русский поэт и мудрец, Пушкин вместе с тем и наш изумительно одаренный певец, музыкант и художник, обретший музыку в русском слове и воплотивший весь мир русской природы и жизни в его божественной красоте. Его воспитанная в лоне Православия поэзия “поющего сердца” есть “гимн миро-приятия и Бого-благословения”, “чистая и могучая “осанна”, впервые сказанная “от лица России к России” (62, 68).

Таковы основные мысли И. Ильина о Пушкине. В пушкинских статьях философа содержится еще много других наблюдений, высказанных с удивительной проницательностью и красноречием. К блестящим образцам литературной критики Ильина принадлежит не затронутое нами глубокое исследование проблематики, образной структуры и художественной материи трагедии Пушкина “Моцарт и Сальери”. Не имея возможности изложить здесь подробно содержание всех многочисленных пушкинских этюдов философа, приведем в заключение характеристику Пушкина, данную И. Ильиным в сгущенной поэтической форме при описании собственного быта и бытия изгнанника:

Посмотри — черты портрета

Величайшего поэта,

 

584

Как Кипренский его зрел

И каким его воспел...

Пушкин — радость совершенства,

Пушкин — русское главенство,

Русской славы плеск и звон!

Мудрость зренья, зоркость чувства,

Сердце русского искусства,

Духа русского амвон!

Пламя Божье, — вздох народный, —

Светоносный, плодородный,

Зачинатель наших дум...

Ты, великий и свободный,

Свергший атеизма ложь —

Ты Россию поведешь!..11

__________

Ильин И. А. Наше жилище, или Быт и Бытие изгнанников // Ильин И. А. Собрание сочинений Письма. Мемуары (1939—1954). М., 1999. С. 265.




Просмотров: 593; Скачиваний: 2;